Ворнин понимал, что она права. Сейчас важнее предотвратить взрыв, а не сокрушаться по поводу того, что они стали видимыми для любой земной системы обнаружения – от нейтронных экранов до простых биноклей.

Он открыл дверь и протиснулся в силовой отсек.

Дирнанские корабли не нуждались в пополнении топлива. Корпус корабля, сплющенная сфера, сужался книзу, образуя чашу, в которой размещался термоядерный реактор – миниатюрное солнце. Сердцевиной системы была плазма – чудовищно горячая смесь электронов и атомных ядер с сорванной оболочкой, которая удерживалась мощным магнитным полем. Ничто материальное не могло содержать в себе плазму, не становясь ее частью. Что Вселенной могло служить оболочкой для газа, температура которого исчислялась в сотни миллионов градусов? Но магнитное поле создавало сжимающий эффект, не позволяя плазме пожрать все вокруг. Пока неистовая материя оставалась под контролем, дирнане могли пользоваться ее энергией вечно, и точнее, настолько долго, что для живых существ это приближалось к вечности. Но стоило сжимающему эффекту пропасть, все трое мгновенно оказались бы в десятке метров от яростного новорожденного солнца. Мгновенно…

Войдя в туннель для обслуживания, Ворнин приблизился к силовому сердечнику. Пять контрольных стержней уже расплавились, и зловещие голубые дуги плясали над корпусом реактора.

Он не почувствовал особенного страха: они скользнут в небытие быстрее мысли. Однако честь профессионала требовала бороться до последнего, если подвернется хоть малейшая возможность. Правда, единственное, что он мог сделать, это попытаться перевести всю энергию корабля на подпитку электромагнитной ловушки в надежде на то, что система стабилизируется сама по себе благодаря статическим воздействиям, которые, как предполагалось, должны были автоматически появляться в подобной ситуации.