Он немного побаивался Марти Мачино и не любил его, но в то же время испытывал невольное почтение к этому дерзкому юнцу, уже немало повидавшему. Марти было девятнадцать лет. Два года тому назад он покинул деревню и стал жить в Альбукерке. Считали, что он бывал повсюду, вплоть до самого Лос-Анджелеса. Насмешник и смутьян, он дольше, чем кто-либо другой из местных жителей прожил в мире белых. Теперь Марти вернулся, так как потерял работу. Болтали, что он закрутил любовь с Роситой Эстансио. За это и ненавидел его Чарли. И все же он чувствовал, что ему нужно многому научиться у Марти Мачино. Чарли и сам надеялся когда-нибудь сбежать из Сан-Мигеля.

Они стояли посреди пустой площади рядом – Чарли, низенький и худой, и Марти, высокий и стройный. Марти предложил Чарли сигарету. Тот взял ее и умело стряхнул пепел. Они улыбнулись друг другу, как братья.

– Ты видел ее? Падающую звезду?

Марти кивнул и, подняв банку с распылительной головкой, брызнул себе в рот виски.

– Я был во дворе лавки и все видел. Только никакая это не падающая звезда!

– Значит, кахинас пожаловали, а?

Марти расхохотался.

– Малыш, ты не понял ни черта. Это где-то над Таосом взорвалась летающая тарелка!

Кэтрин Мэйсон увидела свет на небе случайно. Обычно после двенадцати в эти темные зимние ночи она не выходила наружу. В доме было тепло и уютно, и ее совсем не тянуло на улицу. Но уже три дня, как пропал котенок ее дочери, и это нарушило мир в семье Мэйсонов. Кэтрин почудилось, что она слышит слабое мяуканье за дверью. Она выглянула наружу, надеясь увидеть пушистый черно-белый комочек, царапающий половичок. Но котенка за дверью не было.

Вдруг в небе затанцевала полоса света. Кэтрин не знала, что полоса уже начала затухать. Ничего ярче она никогда не видела: огонь так ослепил глаза, что пришлось прикрыть их руками. Помедлив, она убрала руки и заставила себя смотреть, как неизвестное тело завершает свою пламенеющую траекторию.